Руза. Новости

Яндекс.Погода

вторник, 20 ноября

пасмурно-4 °C

Онлайн трансляция

Неврученная награда

05 сент. 2018 г., 16:30

Просмотры: 4907


Парадный пиджак 89-летней жительницы поселка Дорохово Ольги Ивановны Горийчук увешан медалями. Но все они юбилейные – к очередной годовщине Победы в Великой Отечественной войне. А свою главную награду – медаль «За боевые заслуги» пожилая женщина не смогла получить и спустя 72 года после окончания войны, хотя наградной лист Министерства обороны СССР был подписан 29 мая 1945 года. 

Почему так случилось?  Когда сотрудница военкомата пришла к Ольге домой, чтобы вручить заслуженную награду, той на месте не оказалось. Инспектор попросила Ольгину мать передать ей, чтобы она сама  приехала в военкомат. Но девушка подумала: «Зачем мне эта медаль? Какой от нее прок?» Да и афишировать свое военное прошлое она не хотела – в те времена у многих было неоднозначное отношение к женщинам-фронтовичкам. 
Сейчас эта награда очень пригодилась бы Ольге Ивановне, однако с ее получением возникли большие трудности.       

Когда началась Великая Отечественная война, Оля жила с мамой и отчимом  в деревне Садки Уваровского района Московской области. К этому времени она окончила четвертый класс (в школу поступила в 9 лет в 1936-м). В пятый класс идти не пришлось – в октябре в деревню вошли немцы. 
– Мы с ребятишками сидели на заборе, как грачи, и вдруг увидели, что на околице появились незнакомцы в военной форме, – вспоминает Ольга Ивановна. – Кто-то крикнул: «Немцы!» Мы не испугались, нам было любопытно на них посмотреть. Мужчины поравнялись с нами, и один на чистом русском языке сказал: «Нам нужен хороший дом под штаб». А кто-то из ребят крикнул: «У Ольги большой дом». «Веди нас туда», – приказали немцы. И мне ничего не оставалось, как привести их к маме. Увидев нас, она оторопела и выронила ухват из рук.
Немцы расположились в нашем доме, а мы с младшими детьми и мамой ютились на печке. Офицеры нас не обижали, даже конфеты давали. Увидев на стене портрет Сталина, стали тыкать в него пальцами и смеяться, а потом сняли и отдали матери, а на это место повесили фотографию Гитлера.  
Во время освобождения Садков в наш дом попал снаряд, к счастью, нас там не было. Мы перебрались в полуразрушенную баню без крыши. Потом мама получила аттестат за мужа-фронтовика и купила на эти деньги старый домик. 
После освобождения деревни нас забрали на трудовой фронт. Мне было 14 лет. Женщины валили лес, мальчишки пилили бревна, а мы складывали в кучи – их заготавливали для топки паровозов. В день мы получали пачку гороха или пшенной крупы, буханку хлеба и два кусочка сахара. Жили в землянках. 

IMG_5029.JPG

В 1943 году отчим погиб. В деревне было очень голодно, и мы с подружкой пошли наниматься на работу в военный госпиталь. Я прибавила себе 2 года – вместо 1929 указала 1927 год рождения – иначе меня бы не взяли. Нас приняли санитарками, мы выполняли самую тяжелую и грязную работу: выгружали на носилки раненых, которых доставляли с передовой на грузовиках и подводах. Переодевали их, снимали обувь, обмывали, переносили в операционную и палаты. Старшая медсестра научила, как оказывать первую помощь, делать уколы. Мы даже белые халаты не носили, вместо них надевали синие. Прифронтовой госпиталь периодически оказывался под бомбежкой. 
Через десять дней после окончания войны нас поблагодарили, выдали паек на три дня и отпустили на все четыре стороны, пообещав позднее прислать документы. 
Вернулась я к матери в Хвощевку. Надо было получать паспорт, а метрики сгорели в разбомбленном доме. У бабушки чудом сохранилось свидетельство о первом браке моей матери. По этому документу мне и сделали паспорт на фамилию Бредис – мой родной отец был литовцем.       

Ольга надолго не задержалась в доме матери – у той помимо нее было трое маленьких детей. Устроилась контролером-­упаковщиком на Дороховский стекольный завод, где и проработала 44 года. Замуж вышла за бывшего фронтовика Василия Горийчука, военная часть которого строила дороги на Рузу и Верею. 
Муж оказался добрым, заботливым и работящим. После демобилизации он тоже стал работать на стекольном заводе. Руководство предприятия его ценило. У Ольги с Василием родились два сына и дочь. От завода их семье выделили квартиру, но они от нее отказались и построили дом. 
Скотина и огород были большим подспорьем в семейном бюджете. А потом началась череда несчастий. В 1986 году муж Ольги Ивановны трагически погиб – во время работы свалился в котлован, и никто не видел, как это произошло. Тело обнаружили лишь через неделю по торчащей из воды руке. Потом от болезни умер 50-летний сын. Во время родов скончалась дочь. 
Единственный сын Ольги Ивановны живет в Нестерове. Он инвалид II группы, перенес два инфаркта и операцию на сердце. Каждый день звонит матери, справляется о самочувствии, помогает чем может. Недавно привез на зиму дрова и сложил их в поленницу, поскольку в доме печное отопление.
Если бы Ольга Ивановна была ветераном войны, ее дом газифицировали бы по льготной стоимости. Но в 90-е годы ей выдали удостоверение ветерана трудового фронта, а не ветерана войны или бывшего несовершеннолетнего узника фашизма, поскольку госпитали во время войны работали в тылу, а справки о том, что она находилась на оккупированной территории, у нее нет. Ольга Ивановна не стала ничего доказывать, а сейчас спохватилась, да не может подтвердить свой статус. 

IMG_4979.JPG

Писать запросы во всевозможные архивы, ездить по инстанциям ей помогает живущий по соседству настоятель храма Архангела Михаила в Тропареве Андрей Климов и член районного совета ветеранов войны Вячеслав Михайлович Мальцев. Из Центрального архива Министерства обороны РФ пришла справка, в которой значится, что «в раздаточных ведомостях на выдачу зарплаты вольнонаемному составу эвакогоспиталя №3415 за период с 10 октября 1944 по 30 ноября 1944 значится вольнонаемная санитарка Богданова Ольга Ивановна»
В следующей справке есть сведения, что «3415 сортировочный эвакогоспиталь с 1 сентября 1942 по 16 октября 1944 и с 30 марта 1945 по 9 мая 1945 года входил в состав действующей армии 2-го Белорусского фронта».
Из Министерства обороны прислали и копию наградного листа. В нем написано, что «вольнонаемная Богданова Ольга Ивановна, санитарка аэробного отделения, с любовью относится к почетному труду по уходу за ранеными, своим чутким и внимательным отношение к раненым она заслужила любовь и уважение у них. Представляется к награде – медали «За боевые заслуги»». 
Но, как видим, все эти справки на фамилию Богданова, которую Ольга Ивановна сменила на Бредис, а после замужества стала Горийчук. И факт смены фамилии ей подтвердить нечем.
Ежегодно перед Днем Победы пожилая женщина получает от президента Владимира Путина поздравительную открытку на фамилию Горийчук. Значит, где-то есть сведения о том, что она сменила фамилию, ведь поздравления приходят за военные заслуги. 
Ее добровольные помощники не теряют надежду на то, что им удастся отыскать эти документы. Ведь сколько было случаев, когда награда находила своего героя спустя несколько десятков лет после Победы. 
– Мне обидно, что я не подумала раньше о своем статусе, – говорит Ольга Ивановна. – Ведь в 90-е для признания несовершеннолетним узником фашизма достаточно было привести своих соседей или предоставить заверенные нотариусом свидетельства родственников или соседей о том,  что в годы войны они находились на оккупированной территории. Может быть, мне нужно взять свидетельские показания у племянников, носящих фамилию Богдановы, что я их родная тетя?  
Я не из-за денег это затеяла – пенсия у меня хорошая, мне на все хватает. Но хочется, чтобы после моей смерти, мне установили памятник за счет военкомата, как это делают всем участникам войны. Да и на митинг 9 Мая мечтаю надеть свою самую главную награду.  

* * *
Редакция «Красного знамени» надеется на благоприятный исход этой истории. Желаем Ольге Ивановне благополучия и не падать духом. 

Галина БЕЛОЗЕРОВА