Руза. Новости

Яндекс.Погода

среда, 26 июля

малооблачно+26 °C

Онлайн трансляция

Под строгим присмотром

20 марта 2017 г., 16:46

Просмотры: 471


12 марта сотрудники уголовно-исполнительной системы России отметили свой профессиональный праздник На территории Рузского городского округа нет ни колоний, ни следственных изоляторов. У нас работает лишь одно учреждение  – уголовно-исполнительная инспекция.

Трудятся здесь всего четыре сотрудника, трое из которых – ну кто бы мог подумать! – хрупкие девушки, впрочем, при офицерских погонах: начальник инспекции подполковник внутренней службы Ольга Стрельцова, майор Елена Морозова, капитан Екатерина Харламова. Помогает им в работе старший лейтенант Руслан Османов.

Мы поинтересовались у Ольги Анатольевны, как же на такую опасную службу – ведь они имеют дело с подозреваемыми и осужденными за преступления, – приходит прекрасный пол.
– Пожалуй, как и все остальные, – окончив Академию ФСИН. Кстати, там же я познакомилась с нынешней коллегой – Еленой Валерьевной Морозовой. Да и мои родители также работали в этой системе, так что это у меня, можно сказать, династическое.

– Что входит в ваши обязанности?
– Мы работаем с осужденными к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества. Это люди, приговоренные к исправительным и обязательным работам, условному наказанию, ограничению свободы, лишению права занимать определенные должности, осужденные, признанные больными наркоманией, отбывание наказания которым отсрочено в связи с прохождением курса лечения, а также подозреваемые и обвиняемые, которым предписан судом домашний арест, и так далее. На учете в нашей инспекции сейчас состоят 188 осужденных и четверо подозреваемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Мы же следим за соблюдением ими порядка и условий отбывания наказания, назначенного судом.

– Как же уследить, чтобы домашний арестант оставался в пределах квартиры?
– Тут нам помогает техника. Находящимся под домашним арестом на ногу надевается браслет, а в его квартире устанавливается стационарное контрольное устройство, внешне напоминающее телефон. Вместе с браслетом оно называется системой электронного мониторинга подконтрольных лиц – СЭМПЛ, если кратко. К нам на пульт приходит сигнал, как только наш подозреваемый удаляется от «телефона» более чем на 50 ­метров. Мы связываемся с ним по этому же устройству, и, если удостоверяемся что аппаратура в порядке, выезжаем к нему на дом для разбирательства. Применяем и мобильное устройство, оно работает примерно на тех же принципах, – для тех, кому суд назначил наказание в виде ограничения свободы (запрет покидать пределы муниципального образования).

– Что ждет нарушителя?
– О допущенном им нарушении мы сообщаем следователю, который, если сочтет необходимым, обратится в суд об изменении меры пресечения. Но в моей практике таких случаев не было.

– Можно ли обмануть СЭМПЛ?
– Думаю, нет. Это современное устройство, оно определяет локацию подконтрольного лица при помощи спутниковой системы ГЛОНАСС. Его разработчики предусмотрели, пожалуй, все. Например, браслет реагирует даже на изменение температуры окружающего воздуха и подает тревожный сигнал, если его носитель вышел на улицу. Снять браслет самостоятельно невозможно, о попытках от него избавиться мы узнаем через несколько секунд.

– А исправительные работы? Где перевоспитывается ваш контингент?
– В основном в управляющих компаниях, на промышленных производствах – дворниками, грузчиками, подсобными рабочими. Условия строгие – после второго прогула в суд идет представление о замене исправительных работ другим видом наказания – лишением свободы. Правда, по понятным причинам работодатели идут на контакт с нами неохотно, приходится их уговаривать.

– Сопровождают ли вас на выездах к осужденным полицейские в качестве охраны, и есть ли у вас какие-нибудь средства защиты – электрошокеры, газовые баллоны или что-то подобное?
– Нет, сотрудники полиции нас не сопровождают, однако ежеквартально совместно с участковыми уполномоченными мы осуществляем проверки. А электрошокеры нам не положены. Приходится полагаться только на себя.

– А бывали ли ситуации, когда вы выезжали с проверкой по месту жительства осужденного и уже на месте вам приходилось всерьез опасаться за свою жизнь? 
– Бывало, конечно, всякое. Публика ведь у нас непредсказуемая. Однажды мы с сотрудницей приехали на вызов. В квартире нас встретил невменяемый гражданин в окровавленной майке, который закрыл за нами дверь на замок. В прихожей почему-то стоял лом. Честно говоря, стало не по себе, но нам удалось разговорить мужчину, успокоить. В итоге все разрешилось благополучно.

– Помимо надзора за соблюдением режима, вам ведь приходится выполнять и функции педагога?
– Да. Регулярно навещаем их, проводим воспитательные беседы…

– Есть и результаты?
–  Например, из недавнего: один из наших подопечных – алкоголик из Тучкова, получивший условный срок, – закодировался, устроился на работу и даже женился. Теперь ведет жизнь добропорядочного гражданина. Мы за него очень рады.

Вероника КРУГЛОВА