Новости Рузского округа

Яндекс.Погода

понедельник, 27 мая

ясно+14 °C

Онлайн трансляция

Чернобыль перевернул нашу жизнь

14 мая 2019 г., 16:30

Просмотры: 9564


26 апреля –  День памяти жертв Чернобыля 33 года назад жизни тысяч людей Советского Союза разделилась на «до» и «после»: 26 апреля 1986 года произошла авария на Чернобольской АЭС – самая крупная в своем роде за всю историю атомной энергетики. Именно она стала точкой невозврата для тех, кто вынужден был покинуть родные края, кто работал ликвидатором, рискуя жизнью. Эти люди среди нас. Именно о них мы и хотим рассказать.

Мария Михеевна Фроленкова переехала в Рузский район из деревни Ветухна Могилевской области после Чернобыльской катастрофы. Свою жизнь в Белоруссии она вспоминает с теплотой.
– Деревня у нас была большая, дружная. Друг другу помогали: когда играли свадьбу, каждый приносил к столу самогон или соленья, закуски готовил. А гуляли по три-четыре дня! Почти все в деревне работали в колхозе-миллионере «Кронштадт». Телок там держали 5000 голов и свиней столько же. Все у нас было в Ветухне: школа-десятилетка, сельпо, почта, магазины продуктовых и промышленных товаров, баня, прачечная, столовая и даже больница на 35 коек с родильным отделением.  

8 семей чернобыльцев получили жилищные сертификаты
Жилищные сертификаты на 63,6 млн руб. в Подмосковье получили чернобыльцы, северяне и вынужденные переселенцы. 30 семей чернобыльцев, переселенцев из районов Крайнего Севера, вынужденных переселенцев, проживающих в Московской области, получили жилищные сертификаты для приобретения жилья, сообщает пресс-служба министерства жилищной политики.
"В Московской области завершилась выдача жилищных сертификатов разным категориям граждан. Из федерального бюджета выделено 16 млн руб.  чернобыльцам, 7,6 млн руб. северянам, и 40 млн руб. вынужденным переселенцам", –говорится в сообщении.
По расчетам Минжилполитики региона, этих сумм достаточно для обеспечения жильем 8 семей, пострадавших в результате аварии на Чернобыльской АЭС, 4 семей, выехавших из районов Крайнего Севера; 18 семей вынужденных переселенцев.

О катастрофе в деревне узнали только в конце мая, когда из Могилева приехали люди с дозиметрами. Привычный уклад жизни с тех пор изменился. Ходить без головных уборов жителям запретили. Не разрешали открывать форточки, собирать в лесу ягоды и грибы, купаться в реке, пасти скот.  Молоко забирали, а вместо него привозили тушенку, сгущенку и сухое молоко. 

Мария Михеевна с отцом (слева) на праздновании 9 Мая

Мария Михеевна с отцом (слева) на праздновании 9 Мая


От нашей деревни до Припяти больше ста километров, но радиоактивное облако у нас осело, –  рассказывает Мария Михеевна. – Все говорили о радиации, но никто  не понимал, что это такое. Медики  выдавали какие-то таблетки, возили в райцентр – измеряли рост и вес,  записывали и складывали документы в сейф. Врачи ничего не объясняли, а мужчины шутили только: «Для чего измеряете? Гробы заказывать?». Хотя было нам вовсе не до шуток.   
Свои продукты есть не разрешали, только то, что было заготовлено раньше. Фрукты, овощи зрели на грядках, но никто их не ел – боялись. На речке, где всегда дети шумели, больше никто не купался. Все кругом стихло. Люди чувствовали, что беда надвигается,  но не знали, как быть. 
На лето в деревню прислали солдат в запасе. Они снимали грунт в каждом дворе и увозили его. Думали, что если снять грунт, радиация уменьшится. Но ничего не помогло. И тогда нас решили переселять. В июле провели общее собрание у школы и объявляли, что нам придется переезжать. 

Деревня Ветухна. Стустя 17 лет после аварии

Деревня Ветухна. Стустя 17 лет после аварии


Мария Михеевна с мужем покинули Ветухну одними из первых. Сдали в колхоз корову и переехали в Подмосковье к родственникам. Двое дочерей остались с бабушкой и дедушкой в деревне. Старшую не отпустили с работы как военнообязанную, а младшая заканчивала десятый класс и боялась сдавать экзамены в новой школе.  

В тему
В 1986 году был создан Российский национальный радиационный и эпидемиологический регистр (НРЭР).  В нем зарегистрировано более 638 тысяч человек. Из них 187 тысяч – ликвидаторы и 389 тысяч – жители областей, подвергшихся наибольшему загрязнению радионуклидами: Брянской, Калужской, Тульской и Орловской. За всеми этими людьми ведется уже 30 лет наблюдение органами здравоохранения.

В Старой Рузе Фроленковым дали жилье. Вскоре к ним переехали и дочери. Мария Михеевна устроилась телятницей на ферме совхоза Тучковский, а затем стала помощником бригадира. Муж трудился в совхозе на должности инженера по трудоемким процессам. 
В 1994 году семья получила однокомнатную квартиру в Нестерово. Но по своему жилью в Ветухне Мария Михеевна все равно тоскует: 
– Если бы не Чернобыль, ни за что бы не переехала. Чернобыль нам столько боли принес! Как вспомню, так плачу. Всю жизнь перевернул. Всех раскидал по Советскому Союзу. Тех, кто не смог уехать из деревни сам, через три года переселили, а дома снесли. В деревне начали работать трактора: один копал траншею через всю улицу, второй сдвигал в траншею дома, сараи, бани – все постройки. А третий закапывал их. Ни бревнышка не осталось! 
Жители Ветухны до сих пор встречаются и приезжают на деревенское кладбище.  Деревню стерли с лица земли, но по расположению старых деревьев каждый находит то место, где раньше стоял его дом.

Инга СТРЕЛЬЦОВА, Рузское информагентство